Иван Поддубный:
«Чемпион чемпионов»

Про него сочиняли афиши на пяти языках, а он до конца дней говорил, как в родном полтавском селе, — окая, неспешно, с крестьянской основательностью. Французы звали его «ужасом Понса», немцы — Русским Геркулесом, свои — Иваном Железным и Королём борцов. Но в историю спорта он вошёл под титулом, которого до него не носил никто и который невозможно ни унаследовать, ни купить: «Чемпион чемпионов». Иван Поддубный боролся больше сорока лет, шесть раз поднимался на вершину мирового первенства и ушёл с ковра только в семьдесят, когда сдало уже не мастерство, а само время.

В зале славы школы «Спарта» его портрет висит там, где, по сути, начинается разговор о русской борьбе вообще. Потому что до Поддубного в мире был силач-крестьянин, ярмарочный богатырь, цирковой номер. А после Поддубного появился русский борец как явление — человек, к которому съезжались мериться силой из Парижа, Милана, Нью-Йорка и который каждому из них умел сказать «нет». Это история о том, как парень с портового причала стал самым известным атлетом планеты — и остался при этом самим собой.

Красёновка: казацкая кровь и отцовская сила

Он родился 8 октября 1871 года в селе Красёновка на Полтавщине — в семье, чей род восходил к запорожским казакам. Отца звали Максим Иванович, мать — Анна Даниловна; детей было семеро, четверо братьев и три сестры, и глава большой крестьянской семьи с трудом сводил концы с концами. Сила здесь была не тщеславием, а рабочим инструментом рода. Уже прославившись на весь мир, Иван на вопрос, есть ли кто-нибудь сильнее его, отвечал без всякого кокетства: есть — родной отец. Максим Поддубный один взваливал на плечи то, что иным было под силу вдвоём, и сын всю жизнь мерил себя этой отцовской меркой.

Детство было простым и суровым. По воскресеньям и в праздники Иван пел в церковном хоре — говорят, голос у него был густой и низкий, под стать фигуре. В будни — тяжёлая крестьянская работа: с двенадцати лет мальчишка батрачил, привыкая к нагрузке, которая для других была наказанием, а для него — обычным днём. Семье было тесно и голодно, и, не дожив до двадцати, Иван ушёл из отцовского дома искать заработок. Он ещё не знал, что уходит навстречу мировой славе, — он просто шёл к морю, где всегда нужны крепкие руки.

Причал Феодосии: годы под мешками

С 1893 года Иван Поддубный несколько лет работал портовым грузчиком в Севастополе и Феодосии. Это была не метафора силы, а её ежедневная ковка: мешки, ящики, кули — сотни пудов, переброшенных с телег на суда и обратно, от рассвета до темна. За эту нечеловеческую выносливость товарищи прозвали его Иваном Великим. Некоторое время он служил и приказчиком в торговой фирме «Ливас» — но конторка была явно не его судьбой. По вечерам в порту молодые грузчики баловались гирями и боролись на поясах, и здесь Поддубному не находилось равных: он поднимал то, что другие не могли сдвинуть, и клал на землю любого, кто отваживался с ним схватиться.

Так, на феодосийском причале, среди канатов и просмолённых досок, вызрело тело будущего чемпиона — не в зале, не на тренировках, а под настоящей тяжестью. Когда в город приезжал цирк с борцовским чемпионатом, вчерашний грузчик уже был готов к встрече, которая перевернёт всю его жизнь. Ему оставалось только выйти из толпы к арене.

Цирк Бескаравайного: из зрителей — в чемпионы

В 1896 году в феодосийском цирке Бескаравайного гастролировали именитые атлеты, и портовый грузчик поднялся на арену бросить им вызов. То, что случилось дальше, сделало бы честь любому приключенческому роману: любитель с причала стал одного за другим класть на лопатки людей, чьи имена печатали на афишах, — среди побеждённых называют даже знаменитого Георга Луриха. С этого вечера прежней жизни для Ивана не стало. Уже с 1897 года он выступает на цирковых аренах как гиревик и борец, начав с русской борьбы на поясах, а с 1899-го колесит по стране в труппе итальянских братьев Труцци.

Цирковая борьба тех лет жила по двойному закону. Была борьба «шике» — зрелищная, срежиссированная на публику, с эффектными бросками и заранее известным исходом. И была борьба «бур» — настоящая, соревновательная, где чемпионы бились всерьёз, за престиж и за большие деньги. Поддубный чувствовал себя как дома в обоих мирах, но именно в «буровой», честной борьбе его считали непобедимым. В 1903 году, в тридцать два года, он сделал шаг, который иным атлетам казался безрассудным на закате карьеры: перешёл во французскую — то есть греко-римскую — борьбу. Для большинства тридцать два — это возраст, когда пора уступать место молодым. Для Поддубного всё только начиналось.

Париж, масло и обида: первая встреча с Раулем ле Буше

В том же 1903-м граф Георгий Рибопьер, основатель Санкт-Петербургского атлетического общества, вызвал Поддубного в столицу и отправил представлять Россию на чемпионат мира в парижском «Казино де Пари». Это был первый заграничный турнир Ивана. Французские врачи, заполнявшие его карточку, переписывали цифры с недоверием: рост около 184 сантиметров, вес под 118–120 килограммов, шея в обхвате — шире, чем бедро иного борца. (Замеры в разных источниках расходятся: музей в Красёновке приводит чуть другие числа, но суть одна — перед публикой стоял человек нечеловеческого сложения.)

Третьим соперником русского дебютанта выпал любимец парижской публики Рауль ле Буше — молодой, стремительный, дерзкий. И схватка сразу обернулась скандалом. Поддубный заявил судьям, что француз натёрся маслом или жиром и попросту выскальзывает из любого захвата: руки соскальзывают, ухватить не за что. Ле Буше заставили обтереться, поединок продолжили — но удержать скользкого противника Иван так и не смог. Судьи присудили победу французу «за уходы от атак», по очкам. Для Поддубного это было не поражение, а оскорбление: он привык, что борьба честна. Потрясённый несправедливым, как он считал, судейством, богатырь всерьёз подумывал бросить профессиональную борьбу навсегда. К счастью для истории спорта, друзья и товарищи по цеху отговорили его.

Реванш он взял позже, в Петербурге, — и превратил его в показательный урок. По воспоминаниям очевидцев, Поддубный не спешил бросать ле Буше на лопатки; он загнал француза в коленно-локтевую позу и держал так около двадцати минут — не давая ни подняться, ни упасть, под нарастающий свист и улюлюканье трибун, — пока судьи не сжалились над обессиленным французом и не остановили это медленное, унизительное наказание. Рассказывают, что после схватки с ле Буше случилась настоящая истерика. Так Иван ответил на «масляную» победу — не криком, а железной хваткой.

1905: рождение «Чемпиона чемпионов»

1904 год чемпионата мира не принёс — первенство не проводилось. Зато 1905-й стал для Поддубного годом восхождения. В Париже он прошёл всю турнирную сетку и 12 декабря в финале встретился с датчанином Иессом Педерсеном — действующим чемпионом мира 1903 года. Иван победил, и с этой схватки началась целая эпоха. Именно к этим годам приросло к нему прозвище, ставшее вторым именем, — «Чемпион чемпионов». Европа сходила с ума: гастроли по Франции, Бельгии, Италии, победа в Ницце, переполненные залы, восторженные газеты и яростные споры конкурентов.

Осень 1906-го подарила Парижу редкое зрелище: сразу два чемпионата мира шли в городе одновременно. Один устраивала газета Les Sports в «Фоли-Бержер», другой — L’Auto в «Казино де Пари». Поддубный боролся в первом и в финале одолел Генриха Эберле. А в 1908 году он выиграл ещё одно мировое первенство в «Казино де Пари», положив в финале своего же товарища по труппе — знаменитого силача Ивана Заикина, будущего авиатора. Здесь нужна честная оговорка: точное число мировых титулов Поддубного его современники оспаривали ещё при жизни — не всегда было ясно, кто именно организовывал тот или иной «чемпионат мира», а таких турниров в те годы проводилось множество. Даже Георг Гаккеншмидт публично просил разъяснить, кто и когда присуждал русскому эти титулы. Но в одном сходятся все: на честном, «буровом» ковре Поддубного почти никто не мог одолеть, и слава «Чемпиона чемпионов» была заслужена не бумагой, а спиной противников, коснувшихся ковра.

«Понс боится Поддубного»: вызов всему миру

Характер у чемпиона был под стать силе — прямой, упрямый, не терпящий уловок. В 1907 году, вместо того чтобы участвовать в очередных парижских первенствах, Поддубный устроил в «Казино де Пари» собственное шоу под дерзкой вывеской «Поддубный против всех». Условие было простым и наглым: двести франков любому, кто продержится против него на ковре пятнадцать минут, и восемь тысяч — тому, кто сумеет его победить. Желающих испытать судьбу хватало; счастливчиков не нашлось ни одного.

Тогда же он во всеуслышание вызвал французского мэтра Поля Понса, поставив на кон двадцать тысяч франков. Понс от встречи уклонился — и «Казино де Пари» превратило это в рекламную войну: наутро весь Париж был обклеен афишами «Понс боится Поддубного», а в газетах русского называли «ужасом Понса». Уязвлённый Понс подал в суд на Поддубного, на «Казино» и на две газеты за недобросовестную конкуренцию. Суд самого Поддубного оправдал, хотя его менеджеров и оштрафовал, обязав напечатать опровержения. Для парижан всё это было лучше любого спектакля: русский богатырь не только клал соперников на лопатки, но и заставлял говорить о себе весь город.

«Не тебе я проиграл, а старости своей»

Революция и Гражданская война застали борца в разъездах между цирками Житомира и Керчи. Был в его жизни и совсем уж кинематографический эпизод: в начале 1920 года Одесская ЧК по созвучию фамилий чуть не приняла его за некоего Поддубова, замешанного в погромах, — Ивана арестовали, но, разобравшись, отпустили, и сохранилась даже справка, снимавшая с него все обвинения. А ещё раньше, в 1915-м, уже под пятьдесят, он в Екатеринославе одолел таинственную «Чёрную маску» — борца Александра Гаркавенко, — а через пару дней снова уложил Ивана Заикина.

В 1922 году, в пятьдесят один год, Поддубный вернулся на манеж — теперь Московского и Петроградского цирков. Врачи, осмотрев ветерана, только развели руками: здоровье отменное, придраться не к чему. Но время не одолеть даже «Чемпиону чемпионов». В 1924 году, в пятьдесят три, он проиграл схватку молодому рязанскому борцу Ивану Чуфистову — и вместо досады обнял соперника, сказав слова, которые с тех пор повторяют во всех борцовских залах страны: «Эх, Ванька, не тебе я проиграл, а старости своей». В этой фразе весь Поддубный: ни зависти к молодым, ни обиды — только трезвое достоинство человека, который знает себе цену и не боится назвать вещи своими именами.

Америка: полмиллиона долларов и советский паспорт

Старость у него, впрочем, была особенная. Около 1924 года Поддубный женился на вдове Марии Машониной; молодой семье нужны были деньги на хозяйство, и в 1925-м, в пятьдесят четыре года, борец подписал контракт с американским промоутером и на пароходе отплыл из Гамбурга в Нью-Йорк. По американским законам атлеты старше тридцати восьми допускались на ринг только с разрешения врачебной комиссии — и комиссия признала пятидесятичетырёхлетнего русского годным без единой оговорки.

За океаном его ждал чужой, жёсткий кэтч, который пришлось осваивать на ходу, и постановочный американский рестлинг, где исход схваток нередко определяли не борцы, а устроители. Поддубный всё равно побеждал: Владека Збышко он положил за сорок четыре минуты, а гастролируя по Нью-Йорку, Лос-Анджелесу, Филадельфии, Чикаго и Сан-Франциско, долго оставался непобеждённым. Когда 2 февраля 1926 года в Нью-Йорке он всё же уступил чемпиону мира в тяжёлом весе Джо Стечеру, американская пресса написала об этом с почти благоговейным изумлением — как о первом поражении Поддубного за двадцать пять лет. Рассказывают даже, что в пятьдесят шесть лет он выиграл в Штатах конкурс красоты среди мужчин: могучая фигура старого богатыря поражала не меньше его хватки.

Америка предлагала остаться — деньги, слава, новый ангажемент. Но здесь и разыгралась самая красноречивая сцена его жизни. Заработанное огромное состояние лежало в американском банке, и, чтобы забрать его, требовалось принять гражданство США. Поддубный отказался менять советский паспорт на банковский счёт — и уехал домой почти ни с чем, оставив за океаном целое состояние. Ковёр он окончательно покинул лишь в 1941 году, дав прощальное выступление в семьдесят лет.

Ейск: орден на груди в оккупированном городе

На деньги, всё же привезённые из-за океана, семья Поддубных в 1927 году купила двухэтажный дом с садом у моря в Ейске — тихом городке на Азове. Отсюда Иван Максимович ещё полтора десятилетия выезжал на гастроли по всей стране, тренировал молодёжь, искал себе преемника. В ноябре 1939 года в Кремле за заслуги «в деле развития советского спорта» ему вручили орден Трудового Красного Знамени и звание заслуженного артиста РСФСР, а в 1945-м — звание заслуженного мастера спорта СССР.

Но самое поразительное свидетельство его характера относится к самым тёмным годам. Когда в 1942–1943 годах Ейск заняли немцы, семидесятилетний борец, по многим свидетельствам, продолжал демонстративно ходить по оккупированному городу с советским орденом на груди — хотя за это ничего не стоило поплатиться жизнью (об этой детали источники говорят по-разному, но версия эта прочно вошла в предание). Оккупационные власти не тронули «народного богатыря»: ему разрешили работать в бильярдной при госпитале, что и помогло пережить оккупацию. Немцы предлагали ему уехать в Германию — тренировать их спортсменов. Ответ Поддубного уместился в несколько слов, ставших его эпитафией при жизни: «Я — русский борец. Им и останусь».

Послевоенные годы оказались к нему безжалостны. В голодном Ейске старый чемпион жил в настоящей нищете и, чтобы прокормиться, распродал завоёванные за жизнь награды. Сердце «Чемпиона чемпионов» остановилось 8 августа 1949 года, на семьдесят восьмом году жизни. Похоронили его в городском парке Ейска, который теперь носит его имя; рядом — музей и спортивная школа Поддубного. На могильном камне высекли слова, которые не нуждаются в добавлениях: «Здесь русский богатырь лежит».

Хроника побед

• 1896 — дебют на арене феодосийского цирка Бескаравайного: любитель с причала кладёт именитых атлетов.
• 1903 — первый чемпионат мира в Париже; скандальная схватка с Раулем ле Буше и последующий реванш в Петербурге.
• 1905 — победа над чемпионом мира Иессом Педерсеном в финале парижского первенства; рождение титула «Чемпион чемпионов».
• 1906 — победа над Генрихом Эберле на мировом чемпионате в «Фоли-Бержер»; триумфы в Париже, Милане, Ницце.
• 1907 — серия «Поддубный против всех» и знаменитые афиши «Понс боится Поддубного».
• 1908 — очередной титул чемпиона мира в «Казино де Пари»; в финале повержен Иван Заикин.
• 1915 — в Екатеринославе, под пятьдесят лет, побеждает «Чёрную маску» Александра Гаркавенко.
• 1926 — в США кладёт Владека Збышко за 44 минуты, оставаясь непобедимым на гастролях.
• 1941 — прощальное выступление в семьдесят лет: конец сорокалетней карьеры на ковре.

Достижения

• Шестикратный чемпион мира по греко-римской борьбе (1905–1909) — «Чемпион чемпионов» (точное число титулов оспаривалось современниками, но первенство Поддубного в честной борьбе не оспаривал никто).
• Карьера длиной более сорока лет; покинул ковёр в 1941 году, в 70 лет — и до конца остался непобеждённым в честной «буровой» борьбе.
• Командор ордена Почётного легиона (1911).
• Орден Трудового Красного Знамени и звание заслуженного артиста РСФСР (1939).
• Заслуженный мастер спорта СССР (1945); с 1962 года проводятся международные турниры памяти Поддубного, а в 2011 году в Ейске открыт бронзовый памятник «Чемпиону чемпионов».