Эллада: палестра, Олимпия
и правила палэ

Греция получила борьбу в наследство от Востока — и сделала с ней то, что умела делать только она: превратила схватку в институт. Правила и судьи, возрастные категории и жеребьёвка, священное перемирие и венок, который нельзя купить, — всё это изобретения эллинов, и всё это, в изменившихся формах, живёт в спорте до сих пор. Эта глава — о том, как была устроена античная борьба: от первого олимпийского чемпиона-борца до заката Игр под эдиктами христианских императоров.

Пролог у Гомера: Аякс против Одиссея

Древнейшее литературное описание греческой борьбы — XXIII песнь «Илиады» (VIII век до н. э.). На погребальных играх по Патроклу сходятся Аякс Теламонид, сильнейший из ахейцев после Ахилла, и Одиссей — воплощённая хитрость. Призы объявлены заранее: победителю — треножник ценою в двенадцать быков, проигравшему — искусная рабыня ценою в четыре. Аякс давит мощью, Одиссей отвечает подсечкой под колено; после второй безрезультатной схватки Ахилл — распорядитель игр — останавливает бой: «Оба победили; возьмите равные награды».

В нескольких десятках строк Гомер описал регламентированное состязание: с судьёй, призовым фондом и — что удивительнее всего — официальной ничьей. Сила против техники, и судья, уважающий обе, — сюжет, которому суждено было пережить три тысячелетия.

708 год до н. э.: борьба входит в Олимпиаду

Первые Олимпийские игры традиция датирует 776 годом до н. э. — тогда программа состояла из единственного забега на стадий. Борьба появилась на 18-й Олимпиаде, в 708 году до н. э., — сразу в двух ипостасях: как самостоятельный вид (палэ) и как финальное, решающее событие пентатлона. Первым олимпийским чемпионом по борьбе стал спартанец Эврибат, а пентатлон выиграл его земляк Лампис (Павсаний V.8.7). Борьба стала первым небеговым видом олимпийской программы — раньше кулачного боя, раньше колесниц.

Дальше программа тяжёлых видов росла: в 648 году до н. э. добавился панкратион — синтез борьбы и кулачного боя, где запрещались лишь укусы и выдавливание глаз; в 632 году до н. э. появились состязания мальчиков (пайдес), включая борьбу, — первым победителем среди мальчиков традиция называет спартанца Гиппосфена, взявшего затем ещё пять взрослых титулов. Заметим: на каждом из этих рубежей — Спарта. Имя, которое носит наша школа, стояло у самых истоков соревновательной борьбы.

Палестра и гимнасий: где ковались чемпионы

Палестра — специализированная борцовская школа античности: квадратный двор с песчаной ямой-скаммой, окружённый портиками, где размещались раздевальня-аподитерий, маслохранилище-элайотесий и конистерий — комната, где атлеты присыпали умащённое маслом тело мелкой пылью, чтобы соперник мог взять захват. Тренировкой руководил пайдотрибес — тренер, массажист и врач в одном лице. Дневной цикл узнает любой современный борец: разогрев бегом и гимнастикой, отработка приёмов, полноконтактные схватки.

Гимнасий — комплекс покрупнее, с беговыми дорожками, — включал палестру как своё ядро и был не только спортивным, но и образовательным центром: афинские Академия и Ликей, прежде чем стать школами Платона и Аристотеля, были именно гимнасиями. Само тождество места, где борются, и места, где думают, — быть может, главное, что Эллада сказала о борьбе.

Мифическую генеалогию вида греки возводили к Тесею: «он первым свёл борьбу к определённым правилам и возвёл её в искусство; до него это была грубая схватка, где решали рост и сила». Показательно, что и внутри мифа техника побеждает мощь: Тесей одолел элевсинского царя-борца Керкиона «искусством, а не силой» — Павсаний (I.39.3) видел могилу Керкиона у дороги из Элевсина в Мегары. Учителями борьбы героев называли Геракла и Пелея, а покровительницей — нимфу по имени Палестра.

Правила палэ: триагмос, скамма и поднятый палец

Состязательная борьба греков — ортиа палэ, «стоячая борьба». Цель — три чистых броска соперника: касание земли спиной, плечами или бедром. Отсюда счёт триагмос («тройка») и почётное имя победителя — триактер, «трижды бросивший». Существовала и като палэ — «нижняя» борьба в партере до сдачи: поверженный признавал поражение, подняв правую руку с вытянутым указательным пальцем. В олимпийской палэ решали броски; партер жил в тренировке и в панкратионе.

Возрастных категорий в Олимпии было две — мальчики (пайдес) и мужчины (андрес); другие игры знали и промежуточную: агенейои, «безбородые». Никакого понятия «весовая категория» античность так и не выработала — эта справедливость появится только через две с половиной тысячи лет.

Священное перемирие и цена венка

Двумя институтами олимпийская борьба обязана не спорту, а религии и праву. Первый — экехейрия, священное перемирие: глашатаи-спондофоры объявляли его по всей Элладе, армиям запрещалось вступать в Элиду, приостанавливались казни и тяжбы, атлеты и паломники получали неприкосновенность. Учреждение перемирия традиция связывала с договором трёх царей — Ифита Элидского, Ликурга Спартанского и Клеосфена Писского; текст договора, начертанный по кругу на бронзовом «диске Ифита», хранился в храме Геры — его видел ещё Аристотель, а Павсаний описал (V.20.1).

Второй институт — награда, у которой нет цены. Олимпия не платила победителям ничего: только котинос — венок из ветвей священной дикой оливы, которые срезал золотым ножом мальчик, у которого живы оба родителя. Материальное вознаграждение начиналось дома: пожизненное кормление в пританее, статуи, у афинян по закону Солона — 500 драхм. Но сам венок оставался вещью, которую можно только завоевать, — идея, ради которой Пьер де Кубертен через двадцать пять веков возродит Игры.

Свидетели: Павсаний, Филострат, Пиндар

Почти всё, что мы знаем об античной борьбе, держится на трёх авторах. Павсаний (II век н. э.) в «Описании Эллады» оставил каталог статуй олимпиоников с их биографиями — книги V–VI это, по сути, первый в истории справочник чемпионата. Филострат (около 220–230 гг. н. э.) написал «О гимнастике» — единственный дошедший до нас античный трактат о спорте: происхождение дисциплин, обязанности тренера, физиогномика атлетов и брюзгливая критика «нынешнего поколения» — жанр, не устаревший и поныне; борьбу Филострат называл самым полезным и «мудрым» из упражнений. Пиндар (V век до н. э.) посвящал борцам победные оды: Олимпийская 8-я — мальчику Алкимедонту Эгинскому, воспитаннику знаменитого тренера Мелесия; Пифийская 8-я — борцу Аристомену, и в ней — одна из главных строк греческой поэзии: «человек — сон тени». Оды Пиндара фиксируют и статус борьбы как аристократического искусства, и — впервые в истории — славу профессионального тренера.

Рим: борьба в тени амфитеатра

Рим унаследовал борьбу дважды: через этрусков с их погребальными играми и напрямую из Греции после её завоевания во II веке до н. э. Но римская luctatio заняла иное место: не гражданский культ, а военная подготовка и банный досуг. Каждая большая терма — Каракаллы, Диоклетиана, Траяна — включала палестры, открытые дворы для борьбы и упражнений перед купанием; сами римляне признавали, что «палестра стояла у истоков военных успехов Рима». Императоры пытались привить и греческие агоны: Нерон учредил Неронии, а Домициан в 86 году н. э. — Капитолийские игры с борьбой в программе, построив для них стадион на Марсовом поле, контур которого до сих пор читается в очертаниях площади Навона.

И всё же массовый римский зритель выбирал другое. Против гладиатуры и травль зверей атлетические агоны выглядели «греческим» жанром для ценителей — борьба жила, но с арены главных зрелищ ушла. Урок этой эпохи горек и прост: когда зрелище побеждает состязание, спорт начинает умирать.

Закат: 393 год и долгая пауза в полторы тысячи лет

Конец античной борьбы наступил не от меча, а от эдикта. С христианизацией империи языческие агоны, неотделимые от культов Зевса, сворачивались один за другим. Традиционная дата последних античных Олимпийских игр — 393 год н. э.: антиязыческие эдикты Феодосия I (391–393) запретили языческие культы, и Игры, справлявшиеся без перерыва почти двенадцать столетий, прекратились. Научная честность требует оговорки: прямого текста эдикта «о запрете Олимпиад» не сохранилось, и часть историков считает, что Игры угасали постепенно — до 420-х годов, эпохи Феодосия II, когда сгорел храм Зевса в Олимпии. Обе версии сходятся в главном: к первой трети V века огонь Олимпии погас [393 — традиционная дата; 420-е — фактическое угасание].

Пауза продлится почти полторы тысячи лет. Борьба переживёт её там же, где родилась, — в народной толще: на ярмарках, сельских праздниках и княжеских дворах от Бретани до Волги. А воскреснет — под именем, в котором соединятся обе античные родины: греко-римская. О том, как это произошло во Франции XIX века, — следующая глава.

Из первоисточников: детали, которых нет в учебниках

Несколько находок из монографий и оцифрованных первоисточников — уровень глубины, ради которого мы писали это исследование по книгам, а не по пересказам.

• Древнейший учебник борьбы Европы — папирус: P.Oxy. III 466 (II век н. э.) — три колонки парных тренерских команд: «Обхвати его за пояс, просунь руку под подмышку и за спину, прогни его назад…», и почти каждая завершается словом plexon — «работайте!». Это готовый протокол отработки в парах, которым мы пользуемся и сегодня (Poliakoff, Combat Sports in the Ancient World, Yale, 1987).
• Шаблонная методика убивала и тогда: Филострат («О гимнастике», 54) рассказывает, как борец Герен из Навкратиса умер после того, как тренер, слепо следуя четырёхдневному циклу-«тетраде», нагрузил его после победного пира, проигнорировав жалобы. Мораль Филострата — тренеру нужен kairos, чувство момента, а не таблица.
• Грязь как снаряд: по Лукиану («Анахарсис»), борцы тренировались в жидкой глине и глубоком песке — «учились падать безопасно, вставать легко и поднимать противника»; Филострат различал сорта посыпочной пыли — глиняную, черепичную, чёрную и жёлтую, «дающую блеск телу».
• Цена венка в амфорах: надпись IG II² 2311 (~380 до н. э.): борец-победитель Панафиней получал порядка 60 амфор оливкового масла — при цене ~12 драхм за амфору и подённой плате ремесленника в 1 драхму это годы заработка (число частично реставрировано).
• Женщина в Олимпии: Каллипатера из рода Диагоридов проникла на Игры под видом тренера — и выдала себя, перепрыгнув ограду от радости за победу сына. Её простили ради отца, братьев и сына-олимпиоников, но с тех пор закон обязал раздеваться и тренеров (Павсаний V.6.7–8).